Иван Фомин учился в Петербурге в Академии художеств и входил в сообщество «Мир искусства». Поэтому неудивительно, что уже в молодости он, пережив краткое увлечение модерном, заинтересовался классикой. При этом архитектор был уверен, что нельзя просто брать и копировать старые образцы. Формы и объемы должны меняться, сохраняя классические черты в качестве основы.
Из этих соображений возникла концепция «пролетарской классики». Новый советский стиль архитектор видел в целом традиционным, но с использованием более упрощенных форм – лаконичных и лишенных декора. В этом посте рассказываем о том, как манера архитектора развивалась от дореволюционной неоклассики до пролетарской классики.
Вилла Половцова
Петербургский период Ивана Фомина начался с беспримесной неоклассики. В 1911 году он получил заказ от дипломата и этнографа Александра Половцова построить каменную виллу на Каменном острове вместо старой деревянной, возведенной еще прежним владельцем бароном Штиглицем. Вначале за работу взялся архитектор Шмидт, но Половцов был не в восторге от его проекта и пригласил Фомина.
Архитектор взял за основу итальянские классические виллы с их строгой и ясной композицией. Парадные залы создают анфиладу – она начинается круглым парадным вестибюлем и заканчивается зимним садом. Главный фасад акцентирован портиком с парными ионическими колоннами, который завершается фронтоном с полукруглой нишей.
Работа над особняком стала для Фомина настоящей школой: например, он дважды ломал колоннаду, пока не добился нужного впечатления. При этом ему не приходилось ограничивать себя в выборе материалов – от порфира до мрамора.
Пол в центральном зале Фомин решил скопировать с дворца Казерты около Неаполя. Красные и белые линии сплетаются под прямыми углами, складываясь в непрерывный меандровый орнамент. Колоннады внутри и снаружи, расписные своды, кессонированные потолки – почти невозможно догадаться, что вилла построена в начале XX, а не XIX века.
Рекомендуем: ✔Дегустация вина в Москве. Экскурсии и лекции.
Дом общества «Динамо»
Административно-жилое здание на углу Большой Лубянки и Фуркасовского переулка было построено Иваном Фоминым совместно с Аркадием Лангманом. Заказчиком выступило ОГПУ, в распоряжении которого находилось ведомственное спортивное общество «Динамо». Строительство велось на месте снесенной гимназии в 1928-1932 годах.
Дом был задуман как многофункциональный – с магазином, столовой, клубом, конторскими помещениями. Из-за магазина в народе его часто называли «Сороковым гастрономом». При этом архитектурно разделение функций было четко продумано: административная часть выходила на угол и отделялась от жилой высокой башней. С другой стороны переулка тоже должен был появиться угловой дом, но продолжение ансамбля так и осталось на бумаге.
Жилая часть более лаконична, тогда как в офисной заметна отсылка к классическому наследию, но изрядно переосмысленному. Фомин использует приемы придуманной им «красной дорики»: гигантские спаренные колонны без капителей и баз. Промежутки между ними полностью остеклены, в верхнем этаже прорезаны большие круглые окна-иллюминаторы. Элементы классической архитектуры здесь как бы надеты на современный железобетонный каркас.
Здание НКПС
Здание РЖД у Красных Ворот своей подчеркнутой геометричностью буквально кричит: меня построили в эпоху конструктивизма! Но его лаконичные формы возникли не на пустом месте (буквально), да и в самой архитектуре проглядывают не свойственные авангарду детали.
Иван Фомин спроектировал здание для Наркомата путей сообщения (НКПС) в 1929 году. Прежде на этом месте находился Запасный дворец XVIII века, который уже в начале XX века перестроили для института благородных девиц. После передачи здания в ведение НКПС вновь потребовалась реконструкция, которой и занялся Фомин. При этом он сохранил внутренние своды первых этажей, задние части фасада и старые окна, которые хорошо видно со стороны Новой Басманной.
Архитектор подчеркнул горизонтали протяженных корпусов. Вдоль части, выходящей на Садовую, сделан длинный балкон, продолжающий плоскую кровлю-террасу над входом. При этом динамика достигается за счет ритмов окон, цветовых решений, создающих эффект слоеного пирога, и разной этажности зданий.
Два корпуса соединяет башня-параллелограмм с часами. На ней устроены угловые балконы, в угол врезан двойной циферблат часов, а вертикальное окно смещено с центральной оси. Корпус, выходящий на Садовую, – вполне убедительный пример «пролетарской классики». Здесь на двух первых этажах Фомин использовал скругленные полуколонны.
Проект здания Наркомтяжпрома
В 1934 году было принято решение построить на Красной площади здание Наркомата тяжелой промышленности. Прямо на месте ГУМа (Верхних торговых рядов). Идея принадлежала руководителю ведомства Серго Орджоникидзе, которому хотелось колоссальных масштабов и монументальности.
Как это было заведено, объявили конкурс проектов, в котором участвовали лучшие архитекторы: Мельников, братья Веснины, Щусев, Леонидов, Иофан и многие другие. Свой проект представил и Иван Фомин. Но дальше чертежей дело не зашло: сначала потенциальную площадку сдвинули в Зарядье, а после смерти Орджоникидзе в 1937 году от идеи и вовсе отказались.
По проекту Фомина, здание в плане представляет собой замкнутое кольцо. В этом архитектор усматривал параллель с Кремлевской стеной. Общая высота не должна была превысить 13 этажей, кроме четырех 24-этажных башен, которые могли достигать 160 метров. С одного торца намечен парадный арочный вход, вступающий в диалог со старой архитектурой площади. Также архитектор запроектировал единый вестибюль вдоль Красной площади.
Метро «Красные Ворота» и «Театральная»
Проектирование станций метро – важная часть биографии советских архитекторов. Для Ивана Фомина эта работа стала итоговой: в последние годы жизни он придумал, как будут выглядеть перронные залы двух станций – «Красные Ворота» (1935) и «Театральная» (1936).
Основной принцип «Красных Ворот» таков: каждый массивный пилон, расчленяющий стены, прорезан арочной нишей. Изначально в облицовке предполагалось использовать красный уральский порфир, однако из-за его твердости пришлось использовать крымский мрамор.
Облик станции «Театральная» (тогда «Площадь Свердлова») Фомин ассоциировал с театральным залом. Например, колонны напоминают складки раздвинутого занавеса. Свод центрального зала отделан ромбовидными кессонами, нижний ряд которых украшен фигурками музыкантов и танцоров в этнических костюмах.
Москва глазами инженера
